Иоганн Непомук Гуммель - австрийский композитор и пианист-виртуоз.
Музыка Гуммеля являет собой переход от классицизма к романтизму. Лучшая часть
его наследия - фортепианная музыка, отличительными чертами которой являются
виртуозность, сентиментально-романтический характер и изящество мелодики. Одна
из его фортепианных пьес, ноктюрн «Память дружбы», в 1854 году была оркестрована
русским композитором Михаилом Глинкой.
Ранние годы
Иоганн Непомук Гуммель родился 14 ноября 1778 года в Пресбурге, тогдашней столице
Венгрии. Его семья жила в Унтерштинкенбрунне - маленьком нижнеавстрийском
приходе, где дед Гуммеля держал ресторан. В этом приходе родился и отец мальчика,
Иоганнес Гуммель.
Непомук Гуммель уже в три года обладал исключительным музыкальным слухом и
благодаря своему необычайному интересу к любой музыке в пятилетнем возрасте
получил от отца в подарок маленькое фортепиано, которое он благоговейно хранил до
самой смерти.
С 1793 года Гуммель жил в Вене. Его отец в то время занимал здесь место музыкального
директора театра. В первые годы своего пребывания в столице Непомук редко
появлялся в обществе, так как занимался в основном музыкой. Сначала отец привёл
его к Иоганну Георгу Альбрехтсбергеру, одному из учителей Бетховена, для занятий
контрапунктом, а позже к придворному капельмейстеру Антонио Сальери, у которого
он брал уроки пения и который стал его самым близким другом и даже был свидетелем
на свадьбе. А в августе 1795 года он стал учеником Йозефа Гайдна, который ближе
познакомил его с орга́ном.
Хотя в эти годы Гуммель как пианист редко выступал в приватных кругах, он считался
уже в 1799 году одним из самых знаменитых виртуозов своего времени, его игра на
фортепиано, по высказываниям современников, была неповторимой, и даже Бетховен не
мог сравниться с ним. Это мастерское искусство интерпретации скрывалось за
неказистой внешностью. Он был невысок ростом, полноват, с грубо вылепленным лицом,
сплошь покрытым оспинами, которое зачастую нервно подёргивалось, что производило
на слушателей неприятное впечатление.
Карьера
В эти же годы Гуммель начал выступать с собственными композициями. И если его фуги
и вариации лишь привлекли внимание, то рондо сделало его очень популярным.
По-видимому, благодаря Гайдну в январе 1804 года Гуммель был принят в капеллу князя
Эстергази в Эйзенштадте в качестве концертмейстера с годовым жалованием 1200
гульденов.
Со своей стороны Гуммель испытывал к своему другу и покровителю безграничное
почтение, которое выразил в своей, посвящённой Гайдну, фортепианной сонате
ми-бемоль-мажор. Вместе с другой сонатой, «Аллилуйя», и фантазией для фортепиано,
она сделала Гуммеля знаменитым во Франции после концерта Керубини в Парижской
консерватории в 1806 году.
Когда в 1805 году Генрих Шмидт, работавший в Веймаре у Гёте, был назначен директором
театра в Эйзенштадте, музыкальная жизнь при дворе оживилась - начались регулярные
постановки на вновь сооружённой сцене большого зала дворца. Гуммель вносил свой
вклад в развитие почти всех принятых в то время жанров - от различных драм, сказок,
балетов до серьёзных опер. Это музыкальное творчество пришлось в основном на
время, которые он провёл в Эйзенштадте, то есть с 1804-го по 1811-й гг. Так как эти
произведения были написаны, по-видимому, исключительно по заказу, в большинстве
случаев со значительным ограничением во времени и в соответствии со вкусами
тогдашней публики, его оперы не могли иметь продолжительного успеха. Зато многие
музыкальные произведения пользовались большой популярностью у театральной
публики.
Возвратившись в 1811 году в Вену, Гуммель посвятил себя исключительно
композиторской деятельности и урокам музыки и редко выступал перед
общественностью как пианист.
16 мая 1813 года Гуммель женился на
Элизабет Рекель, певице Венского придворного театра, сестре
ставшего известным своими связями с Бетховеном оперного певца Иозефа Августа
Рекеля. Эта женитьба способствовала тому, что Гуммель сразу же попал в поле зрения
венской общественности. Когда он весной 1816 года по окончании военных действий
отправился в концертное турне в Прагу, Дрезден, Лейпциг, Берлин и Бреслау, во всех
критических статьях отмечали, что «со времён Моцарта ни один пианист так не
восхищал публику, как Гуммель».
Так как камерная музыка была в то время идентична домашней музыке, он должен был
приноравливаться к широкой аудитории, чтобы иметь успех. И композитор пишет
знаменитый септет, который впервые с большим успехом был исполнен 28 января 1816
года баварским королевским камерным музыкантом Раухом на домашнем концерте.
Позднее он был назван самым лучшим и совершенным произведением Гуммеля. По словам
немецкого композитора Ганса фон Бюлова, это «лучший образчик смешения двух
музыкальных стилей, концертного и камерного, которые имеются в музыкальной
литературе». С этого септета начался последний период творчества Гуммеля. Он всё
чаще сам обрабатывал свои произведения для различных составов оркестра,
поскольку, как и Бетховен, не доверял это дело другим лицам.
Между прочим, Гуммеля с Бетховеном связывали дружеские отношения. Хотя в разное
время случались и серьёзные размолвки между ними. Когда Гуммель уехал из Вены,
Бетховен посвятил ему в память о совместно проведённом времени в Вене канон со
словами: «Счастливого путешествия, дорогой Гуммель, вспоминайте иногда вашего
друга, Людвига ван Бетховена».
После пятилетнего пребывания в Вене в качестве учителя музыки, 16 сентября 1816 года
он был приглашён в Штуттгарт в качестве придворного капельмейстера, где в оперном
театре ставил оперы Моцарта, Бетховена, Керубини и Сальери, и выступал как
пианист.
Через три года композитор перебирается в Веймар. Город, наряду с некоронованным
королём поэтов Гёте, получил в лице Гуммеля новую звезду. Биограф Гуммеля
Бениовский пишет о том периоде: «Побывать в Веймаре и не послушать Гуммеля
означает то же самое, что побывать в Риме и не увидеть Папу». К нему стали
приезжать ученики со всего света. Его слава преподавателя музыки была так велика,
что сам факт быть его учеником имел большое значение для дальнейшей карьеры
молодого музыканта.
В Веймаре Гуммель достиг пика своей европейской славы. Здесь он сделал настоящий
рывок после бесплодных в творческом отношении лет в Штуттгарте. Начало положило
сочинение знаменитой сонаты фа-диез-минор, которой, по словам Роберта Шумана,
хватило бы, чтобы обессмертить имя Гуммеля. В страстном,
субъективно-взволнованном фантастическом выражении и в высокоромантической
манере она опережает своё время почти на два десятилетия и предвосхищает
звуковые эффекты, которые присущи представлению поздних романтиков. Но и три
фортепианных трио его последнего периода творчества содержат совершенно новые
стилистические черты - минуя своих предшественников Гайдна и Моцарта, он
обращается здесь к блестящей игре.
Особо следует подчеркнуть завершённый предположительно в 1820 году квинтет для
фортепиано, в котором основным принципом музыкального выражения являются не
элементы импровизации или орнаментальные украшения, а работа над темой и
мелодией. Использование венгерских фольклорных элементов, большее предпочтение
фортепиано и свободное владение мелодией - вот некоторые музыкальные
особенности, которые отличают поздний стиль Гуммеля.
Как дирижёр при Веймарском дворе, Гуммель уже в марте 1820 года взял свой первый
отпуск, чтобы отправиться в концертное турне в Прагу, а затем в Вену. На обратном
пути он дал в Мюнхене концерт, который имел небывалый успех. В 1822 году он поехал в
Россию, а в 1823-м - в Париж, где после концерта 23 мая его назвали «современным
Моцартом Германии». В 1828 году в Варшаве на одном из его концертов присутствовал
молодой Шопен, которого игра мастера буквально пленила. Своё последнее
концертное турне в Вену он совершил вместе с супругой в феврале 1834 года.
Последние дни
Последние недели своей жизни он провёл за обработкой струнных квартетов для
фортепиано Бетховена, которые ему заказали в Лондоне, где он намеревался их
издать. Но болезнь изнуряла композитора, силы медленно покидали его, и он не смог
осуществить свои намерения.
Примерно за неделю до кончины, как бы между прочим, зашёл разговор о Гёте и об
обстоятельствах его смерти. Гуммель хотел знать, когда умер Гёте - днём или ночью.
Ему ответили: «Днём». Он сказал: «Да, если я умру, я бы хотел, чтобы это случилось
днём». Это последнее его желание исполнилось: днём 17 октября 1837 года Иоганн
Гуммель скончался.
По материалам Википедии и belcanto.ru
